На XXIII отраслевой бизнес-конференции «Агроинвестор: PRO растениеводство» прозвучал доклад, который многие назвали бы «еретическим». Бабкен Испирян, заместитель председателя Ассоциации «Народный фермер», предложил местами неожиданный взгляд на текущие реалии отрасли. Вопреки стереотипам, спикер считает, что малому бизнесу сейчас... проще, чем крупному.
Вот главные тезисы, которые стоит услышать каждому аграрию:
1. Парадокс малого бизнеса: меньше денег — меньше проблем
По мнению спикера, микробизнес (до 800 млн руб. оборота) и малые предприятия чувствуют себя лучше всех. Причина — отсутствие «нахлобочки» в виде огромных управляющих компаний и минимальная кредитная нагрузка. Пока крупные холдинги были на «кредитной игле» дешевых денег, малый бизнес кредитовался мало. Теперь ему не нужно зарабатывать сверхприбыли, чтобы обслуживать долги. Он может быстро реагировать: сокращать площади, менять севооборот и просто «переждать» тяжелые времена.
2. Крупные холдинги ждет «разборка»?
Спикер провел историческую параллель: если кризис затянется на несколько лет, нас может ждать участь американских и европейских гигантов 1930-х годов. Они распались на более мелкие, эффективные хозяйства. Испирян прогнозирует появление множества малых предприятий на месте нынешних гигантов, а холдинги уйдут в переработку. Оптимальный размер будущего хозяйства — 1000–5000 га, управляемые напрямую собственником.
3. Экспорт зерна — «наивная мысль»
Главная проблема: мы перешли от импорта к экспорту, но структура экспорта перекошена в сторону «сырого» зерна. Спикер называет надежду на бесконечный экспорт зерна наивной. Основные страны-импортеры (Турция, Египет) богатеют и сами начинают кормить себя. Вопрос не в том, как вывезти зерно, а во что его переработать. Глубокая переработка пшеницы, производство печенья, выпечки — вот где окно возможностей. Пока же мы до сих пор возим печенье из Европы, хотя могли бы снабжать ей Индию и другие рынки.
4. Зерновые интервенции: «положить на элеватор и забыть» не сработает
Если государство выкупит 30 млн тонн зерна, это не решит проблему, а законсервирует её. Это зерно будет давить на цены следующего урожая и на мировые рынки. Нужно четкое понимание, что делать с избытком: либо перерабатывать внутри страны, либо сокращать производство до внутреннего потребления (как в ЕС, где 15–20% полей выводят из оборота за субсидии).
5. Юг vs Сибирь: кто переживет кризис?
Краснодарский край и Ростовская область — идеальные условия для экспорта, но именно они сейчас страдают от обвала цен (5–7 руб./кг). Сибирь и Алтай живут иначе: там никто не ждет «гигантских сверхприбылей» и не надеется на спасение. Бизнес строится стратегически, на годы вперед.
Главный вывод доклада:
Окно возможностей сегодня — не в первичном производстве, а в переработке и экспорте готовой продукции. Фермеры 3 года не будут покупать комбайны и автомобили, но потом адаптируются. А вот крупным игрокам, у кого еще остались свободные деньги, пора задуматься о смене модели.
Светлана Голохвастова
Вот главные тезисы, которые стоит услышать каждому аграрию:
1. Парадокс малого бизнеса: меньше денег — меньше проблем
По мнению спикера, микробизнес (до 800 млн руб. оборота) и малые предприятия чувствуют себя лучше всех. Причина — отсутствие «нахлобочки» в виде огромных управляющих компаний и минимальная кредитная нагрузка. Пока крупные холдинги были на «кредитной игле» дешевых денег, малый бизнес кредитовался мало. Теперь ему не нужно зарабатывать сверхприбыли, чтобы обслуживать долги. Он может быстро реагировать: сокращать площади, менять севооборот и просто «переждать» тяжелые времена.
2. Крупные холдинги ждет «разборка»?
Спикер провел историческую параллель: если кризис затянется на несколько лет, нас может ждать участь американских и европейских гигантов 1930-х годов. Они распались на более мелкие, эффективные хозяйства. Испирян прогнозирует появление множества малых предприятий на месте нынешних гигантов, а холдинги уйдут в переработку. Оптимальный размер будущего хозяйства — 1000–5000 га, управляемые напрямую собственником.
3. Экспорт зерна — «наивная мысль»
Главная проблема: мы перешли от импорта к экспорту, но структура экспорта перекошена в сторону «сырого» зерна. Спикер называет надежду на бесконечный экспорт зерна наивной. Основные страны-импортеры (Турция, Египет) богатеют и сами начинают кормить себя. Вопрос не в том, как вывезти зерно, а во что его переработать. Глубокая переработка пшеницы, производство печенья, выпечки — вот где окно возможностей. Пока же мы до сих пор возим печенье из Европы, хотя могли бы снабжать ей Индию и другие рынки.
4. Зерновые интервенции: «положить на элеватор и забыть» не сработает
Если государство выкупит 30 млн тонн зерна, это не решит проблему, а законсервирует её. Это зерно будет давить на цены следующего урожая и на мировые рынки. Нужно четкое понимание, что делать с избытком: либо перерабатывать внутри страны, либо сокращать производство до внутреннего потребления (как в ЕС, где 15–20% полей выводят из оборота за субсидии).
5. Юг vs Сибирь: кто переживет кризис?
Краснодарский край и Ростовская область — идеальные условия для экспорта, но именно они сейчас страдают от обвала цен (5–7 руб./кг). Сибирь и Алтай живут иначе: там никто не ждет «гигантских сверхприбылей» и не надеется на спасение. Бизнес строится стратегически, на годы вперед.
Главный вывод доклада:
Окно возможностей сегодня — не в первичном производстве, а в переработке и экспорте готовой продукции. Фермеры 3 года не будут покупать комбайны и автомобили, но потом адаптируются. А вот крупным игрокам, у кого еще остались свободные деньги, пора задуматься о смене модели.
Светлана Голохвастова
